Терн (Марьяна Скуратовская) (eregwen) wrote,
Терн (Марьяна Скуратовская)
eregwen

Category:

Отчёт с игры "Конец Эпохи"

Запад есть запад, восток есть восток




Мы эпоху, точно реку, перешли -
Отражения ее непостижимы -
Пали царства, и погибли короли,
И не странно ли, что мы остались живы?

Понастроили убежища свои
На откосе, на обрыве, на пределе..
Но, прошу тебя, не надо о любви -
Не она же нас хранила, в самом деле?


Ханна




Игры – как картины. Разная техника, разные жанры. Огромные, написанные с размахом батальные полотна; миниатюры с множеством изящных мельчайших деталей; густые и яркие масляные краски, замешанные подчас на крови персонажей; акварели, разбавленные их же слезами...

Эта игру писали для меня явно импрессионисты. Шагни назад, и все детали сложатся в единую картину. Светлую, неяркую, чем-то берущую за душу. Шагни вперёд, приблизив лицо – и всё рассыплется на отдельные мазки.


***


Первый полигон, наш бывший будущий Оссирианд. Далеко впереди лес резко светлеет – просто потому, что там леса нет. Вырубка. Локальный Ард Гален, можно сказать. Зато у нас – вечные сумерки под высокими соснами. И впоследствии, даже жалея, что пришлось уйти, мы всё-таки немного радуемся – уж чересчур мрачным бы получился Оссирианд.

А пока первое, что мы обнаруживаем на этом месте... зеркало. Довольно большое, овальное, без рамы. Пусть и мутно-смутное – но зеркало. За месяц до нас в этом лесу уже играли; видимо, это остатки былой роскоши. О, как бы можно было его обыграть...

Увы, приходится распрощаться и с зеркалом, и замечательными остатками "хижины Снежной Баньши", из которой получился бы не менее замечательный дом Зелёных эльфов, с деревянными лестницами и столами – нас выселяют из этого леса. Пожароопасная ситуация, что поделать. Собрав только что распакованные вещи и бредя по дороге к мастерскому лагерю, утешаем себя – в конце концов, мы собрались играть в "Конец Эпохи", период переселения и бегства. На игре предполагаются лесные пожары – вот, пожалуйста. Можно считать, что играть мы уже начали.

Впереди суматошные вечер и ночь – перенос вещей к дороге, перевоз их на другой полигон, попытки устроиться на ночь. Диар отправляется помогать носить вещи, Туилиндо – их сторожить, а остатки мини-команды (Гамаюн, Марго и я) разбивают бивуак. Увы, носильщики из нас никакие.

В попытках отыскать место без кочек, мы устраиваемся чуть в стороне от остальных. Сумерки переходят в ночь – роса, туман, звёзды. Мы бредём по влажному полю и внезапно замечаем слабый зелёный свет. Светлячки! Их много! Ну что ж, в сказках рассказывается про дев, которые оставляли за собой след из цветов. А мы, будущие эльфийские лесные девы, видимо, оставляем за собой след из светлячков.


***


Утром мы переезжаем. Дойти с вещами до того места, где нас подхватывает такси, легко, доехать до нового леса – ещё легче, дойти до временной стоянки – тоже легко. Правда, уже относительно – силы убывают. А вот дойти потом до нового Оссирианда, не взяв поклажу разве что в зубы...

Я бреду и тихо радуюсь, что не везу в этот раз никакого антуража. Никакого. Для тех, кто меня знает – это крайне необычно. Да и командный у нас на этот раз скромен, как никогда – бледно-зелёная нетканка и ворохи искусственных "плющей" и "винограда". Сюжет другого не предполагает – мы Зелёные эльфы, и быт у нас лёгкий и скромный. Ключевое слово – лёгкий. Эту лёгкость я буду неустанно благодарить всю игру. Никаких кубков, сундуков, шатров, рулонов тканей для стен, скатертей, покрывал, подсвечников, блюд и прочего. Только вышеупомянутая лёгчайшая нетканка, несколько фонарей и деревянная или плетёная посуда, которую каждый везёт самостоятельно. Я представляю, что бы было, будь мы, скажем, Менегротом в дни расцвета. Нет, лучше не представлять.


***


Вот он, новый Оссирианд. То есть Линдон. Это не обычный сосновый лес, а берёзовая роща посреди него. Нам, измотанным, тогда это кажется совершенно неважным. Часть команды снова уходит за остальными вещами, а мы втроём – снова Марго, Гамаюн, и я – остаёмся, чтобы начать обустраивать лагерь. Скоро к нам присоединяться остальные.

Я оглядываюсь, пытаясь запомнить это место таким, каким увидела впервые – незнакомая роща, поляна, и ещё одна, и ещё... Через несколько часов, привыкнув к ним и обжив, мы будем смотреть на них совсем по-другому.

И вот тогда-то я и пойму, как нам повезло с новым местом. Высокие тонкие белые стволы, полупрозрачная зелёная ткань стен "целительской" и общего зала, изумрудная зелень "плющей", которой мы увивали эти стены и просто отдельные стволы, голубое небо, которое не скрывали тонкие ветви берёз, солнце и облака – Линдон оказался светлым, просторным, нежным и спокойным. Ничего удивительного, что многим из нас не захочется отсюда уходить. Ни за что.


***


Задолго до игры, обдумывая, как бы сделать наше поселение отличным и от людских, и от поселений других эльфов, мы, конечно, вспомнили о платформах на деревьях, "талан". Но постройка чего-то хотя бы отдаленно их напоминающего потребовала бы довольно много сил и времени. Я не была уверена, что они у нас будут – и оказалось права. Зато их вполне могли бы заменить... качели. Деревянное сиденье, подвешенное на веревках, увитых зеленью, к деревьям – что может быть более эльфийским? Я предвкушала, как буду на них качаться, если мне будет нечего больше делать.

Специально сделанное сиденье мы привезли с собой. Увы, двух подходящих, стоящих рядом деревьев не нашлось, и супругу пришлось сооружать сложную конструкцию из одного дерева, одного столба и множества подпорок. Ну что ж, зато ему было чем заняться. И не только ему – кажется, он привлёк к строительству едва ли не половину команды. Зато покачаться на наших качелях впоследствии захотели даже представители воинства валар.


***


До самого вечера пятницы мне, и, подозреваю, многим остальным, не верилось, что игра всё-таки начнётся. И когда нам объявили, что в восемь будет парад, я ощутила одновременно и радость, и разочарование. Радость – поскольку, несмотря на все проблемы, связанные с переездом, игра всё-таки начнётся почти вовремя, разочарование – потому что меньше всего в этот вечер мне хотелось играть. Полежать где-нибудь в тихом уголке – да; надеть костюм, идти на парад, затем возвращаться в темноте и играть – нет. Правда, всё было готово – расставлено, развешено, разложено, прибрано, но именно на это и ушли все силы.

Ничего. Как-нибудь.


***


Второй, после качелей, идеей фикс были венки. В конце концов, мы Зелёные эльфы или кто? Нужно же нам отличаться от остальных собратьев.

Оля и Надя, будущая прекрасная эльфийская пара, Эринион и Лалфиэль, отправляются собирать папоротник. До парада меньше часа, а венками нужно обеспечить всю команду.

Вы когда-нибудь пытались плести венки из папоротника? И не пытайтесь. Хрупкие стебли не плетутся, а ломаются. Правда, если через каждые несколько сантиметров связывать их веревочками... Следующие полчаса мы напоминаем Элизу, сестру диких лебедей, судорожно пытающуюся успеть доплести рубашку из крапивы. Кто плетёт, кто нарезает верёвку, кто делает и то, и другое. Получается, не получается, красиво, криво – без разницы, в темноте подробностей никто не разглядит.

Делаем венки с запасом, поскольку лично я уже отчаялась понять, сколько же в команде человек и кто идёт на парад. Семнадцать, восемнадцать... хватит. Если будут лишние, то можно будет не надевать вот эти венки. Ведь лучше круглые, чем квадратные или овальные, правда?


***


Мы быстро одеваемся. Если днём, в жару, мысль о двух платьях, нижнем и верхнем, пусть даже из льна, была невыносима (что уж говорить о коттах и рубахах из сукна), то теперь, вечером, всё это оказывается как раз.

Разбираем ворох венков. Как ни странно, но даже худшие из венков, когда их надевают, моментально начинают выглядеть достойно. Не шляпа красит человека, а человек шляпу. Следовательно, не венок красит Зелёного эльфа, а Зелёный эльф...

Кстати, об эльфах. Не забыть, что мы не в Оссирианде, а в Линдоне, и мы не лайквенди, а линдили. Вместо "нолдор" мы говорим "огнеглазые", вместо "Сильмарил" – "звёздный камень"... Да, и слова "валар" мы тоже не знаем. (Время покажет, что самоназвание "линдили" накрепко засело в памяти фактически у всех – ни разу за игру я не слышала, чтобы кто-то сказал "мы, лайквенди").

Поскольку уже темнеет, на парад мы решаем идти с фонариками. Обычными, свечными – и необычными. Я такие видела год назад и тогда уже восхищалась – небольшой светодиод, закреплённый внутри изящно выгнутого металлического каркаса. Ни дать, ни взять – настоящий эльфийский светильник.

Нестройными рядами мы выходим из ворот Линдона – символического входа в наши земли, арки из вьющихся плющей и посеребрённых сухих веток – и вытягиваемся длинной цепочкой. Маша Гескина, уже не Маша, правда, а эльф Тинлас, его брат Эринион и невеста последнего, Лалфиэль – настоящие линдили, которые, как известно, славились своими голосами. Мы делаем первые шаги, а эти трое начинают тихонько петь:



Я уйду далёко в горы,
Ты не плачь обо мне.
Я уйду далёко в горы,
Ты не плачь обо мне.
Я уйду далёко в горы,
Ты не плачь обо мне,
Ты не плачь, не грусти обо мне...



И тут происходит чудо.


***


Сколько раз в детстве я читала сказки о том, как люди в лесу сталкивались с феями... Да что там в детстве – кто из нас не видел глазами Фродо эльфов в лесах Шира – медленно идущую процессию в серебристом сиянии? Или вместе с Фириэль не наблюдал с тоской за удаляющимся эльфийским кораблём? Каждый раз ты оказываешься по эту, свою сторону. А так хочется порой оказаться по ту, вместе с теми, кто вечно – с нашей смертной точки зрения – юн, прекрасен, и может видеть то, в чём отказано нам...

И я внезапно оказываюсь там. Вокруг меня люди – нет, уже эльфы – в длинных одеждах и зелёных венках. Горят фонари, пляшут тени, звучит песня... И главное, что я не читаю эту сказку, а нахожусь в ней.

Мне до сих пор жаль, что никто не видел, как мы шли на парад. Зрелище воистину было сказочным. (Не считая, правда, тех моментов, когда к песне, бесконечной, по сути, на ходу придумывались новые куплеты. Например, впоследствии, когда на трёх отважных эльфийских воинов, лежавших в целительской, прыгнула лягушка и они не отважно испугались, родился куплет "если вдруг лягушка прыгнет, ты не пла-аачь обо мне-е...").


***


Увы, парад проходил уже в полной темноте, и подсветка не очень помогала. Белеют одежды войска валар, темнеет угол, где находятся разбойники-гаурвайт... Рядом с нами стоит человеческая деревня Верхние Мхи – тогда мы ещё не догадывались, что нам предстоит тесное соседство не только на параде, но и потом. Шумное соседство.

Правила напомнены, главные действующие лица представлены, и мы направляемся в обратный путь. Неллас-Туилиндо ещё по дороге сюда потеряла свой кинжал, и теперь мы все усердно его высматриваем, как чёрную кошку в тёмной комнате. Нашёлся!

Возле входа в Линдон кто-то предусмотрительно поставил маленькую табуретку, и мы, ожидая, пока сбегают за вином для ритуальной чаши, устраиваем фотосессию. Свечи мерцают, скрадывая недостатки (а вместе с ними, правда, и достоинства), но пропустить момент, пока мы все ещё в венках и так колоритны? Ни за что.

Наконец чаша готова, и мы по очереди делаем шаг в ворота, называя свои имена. Начинается.
***


Неллас из Дориата, наша главная целительница (Туилиндо) – до игры я коварно предложила ей начать со своей коронной фразы "Я сидела на дереве". Прости! Чтобы мы без тебя делали? Наверное, перемёрли. :)

Орофер (Галенфэа) – впоследствии ему суждено уйти в восточные земли, основать королевство и.... стать дедушкой Леголаса. Регулярно тренировался исполнять королевские обязанности вместе с моим супругом ("королевскими обязанностями" именовалась рубка дров). Тяжела ты, шапка Мономаха.

Дочь Орофера (Таурэль) – хрупкая, но своевольная. Оставила отца и ушла навстречу приключениям. Увы, она окажется тем самым единственным жителем Линдона, которые погибнет ещё до Конца Эпохи.

Тинлас (Маша Гескина), кузен Неллас – лучник, певец и упрямец, который до последнего мгновения не захочет уходить с родных земель (впрочем, нас, упрямцев, оказалось куда больше, чем предполагали мастера). На Тинласе держалась вся игра. Бежать к воротам, нести стражу, петь, утихомиривать людей, мечтательно смотреть вдаль, валяться раненым в целительской – "и это всё о нём" (а в незапланированных перерывах – садиться за руль своего внедорожника и вытаскивать кого-нибудь откуда-нибудь) Увы, убеждённый холостяк. Хотя... кто знает – продлись игра чуть больше, может, нам и удалось бы его женить.

Его младший брат Эринион (Оля) – тоже воин, тоже певец... Но куда более молчаливый и сдержанный. Подозреваю, что ещё и более благоразумный.

Невеста Эриниона, Лалфиэль (Надя) – до чего же красивой парой они были! Правда, судя по запасливости – они завезли на свою будущую свадьбу корзинки, много яблок, много пряников и много мёда – что-то в них осталось от хоббитской супружеской пары, которую они играли в прошлом году.

Эреглас (Филат) – координатор команды до игры, а на игре – хитлумский нолдо, давно уже пришедший в Линдон и нашедший приют в нашей семье. Если и есть что-то, о чём я жалею после этой игры, так это то, что с Эрегласом нам довелось побыть ничтожно мало.

Беренмайл (Мик) и его невеста Глириэн (Ломелиндэ) – ещё одна прекрасная эльфийская пара. Ими можно было любоваться. Увы, из-за наших переездов с места на место Мику так и не довелось развернуть планы по обустройству Линдона, и пришлось нам обойтись без талана... Но зато у нас был ещё один воин, а с ним – ещё одна целительница, умевшая погружать в лечебный сон песней. Честно скажу – я не любитель высоких женских голосов, но пение Глириэн покорило и меня.

Были у нас и авари. Келу Татрен (Марго) – такая, какой и представляешь себе мориквенди – миниатюрная, темноволосая и очень живая, несмотря на кажущуюся хрупкость. Когда впоследствии она придёт с нами прощаться, отправляясь на выполнение неведомого нам квеста, я по-настоящему расстроюсь. Зато, когда вернётся, обрадуюсь. :)

Мистрель – моя прекрасная во всех смыслах подруга Гамаюн, которая уж много лет живёт в США и которую мне удалось вытащить на эту игру. Вместе с ней должны были приехать и дочери, и тогда в нашей команде были бы ещё Минвен и Рафаль... Но, увы, не получилось. Зато у нас была Мистрель из авари (хотя внешне она явно из нолдор, ваниар или майяр – недаром после этой игры к ней подошли с предложением сыграть Варду), оставившая своих детей в безопасных Восточных землях и пришедшая к нам. Помимо прочего, Мистрель умела разговаривать с камнями и делать из них изумительные вещи (кстати, знаете, как можно уговорить человека не брать на игру все свои камни, пусть полудрагоценные и поделочные, но ничуть не легче булыжников? Надеть на него рюкзак. А потом предложить вытащить килограмм-другой).

Келеборн (Этуил) – супруг Галадриэль, что тут ещё скажешь. Он собирался быть печальным, поскольку "Мальвина сбежала в чужие края, пропала Мальвина, невеста моя" и регулярно делал вид "не лучше ли с кукольной жизнью расстаться", но надолго его не хватало. Получался не Келеборн, а, как сказали бы телери, гм, Телепорно. :) Совершенно очаровательное.. очаровательный, то есть. С высокой прекрасной блондинкой Галадриэль (Лаймэ) они составляли замечательную пару. И поплачешь, и посмеёшься.

И, наконец, мы с супругом, Эрегвен и Талион. Если коротко - Очень Зелёные Эльфы. :)


***


Мы по очереди делаем шаг в ворота отпиваем вино из чаши. Я от волнения говорю "Оссирианд" место "Линдон" и тут же начинаю себя молча ругать. Не успеваю сделать это как следует, как вдруг, среди знакомых имён и голосов слышу незнакомое: "Моё имя Малыш..." Да, игрок, решивший отправиться на поиски приключений после парада прямо к линдили, не мог знать, что его появление вызовет массу подозрений и у меня, и у Неллас – второго координатора команды. Игротех, о котором мастера забыли нас предупредить? Игротех, о котором намеренно не стали предупреждать? Приключенец? Засланный казачок? Не придя ни к какому выводу, оставляем всё на самотёк. Правильно сделали – приключенец нас вскоре покинул. Зато пожаловали другие гости.


***


Задолго до игры, когда мы ещё не собиралась на неё ехать, Лориндиль сознался, что будет играть Саурона. Мы пообещали молчать, как рыбы, и обещание исполнили. А когда решили, что всё-таки едем, он как-то развернул перед нами соблазнительную картину всего Белерианда у ног Зелёных эльфов, если мы ему поддадимся. Я думала, что это шутка, ан, нет. И пришёл, и соблазнял...

На игре нам с супругом предстояло делать невинный вид. И мы честно пытались. Даже ворчали порой, когда нам казалось, что Саурон уж слишком явно намекает на то, что он не тот, за кого его принимают. Интересно, смогли бы мы распознать его, если бы не владели доигровой информацией? Сомневаюсь. Второго "засланного казачка", Рандира, персонажа Стаса, наши персонажи так и не начали подозревать до тех пор, пока всё не раскрылось. Но – по порядку.


***


Этьянвэ, то бишь Саурон инкогнито, явился к линдили в первый же вечер. Только мы собрались у костра, а на пороге гость, странник с обаятельной улыбкой.

Я, решив не вмешиваться в разговор (раз уж всё равно знаю, кто это), искренне наслаждаюсь зрелищем – Этьянве пытается обаять Зелёных эльфов, а те с удовольствием поддаются. Ещё бы не – такой очаровательный, такой обходительный, такой улыбчивый... Впоследствии Талион скажет Этьянве, что "наши женщины от вас в восторге", на что тот, лукаво улыбнувшись, ответит: "Я не женат".

Я вдруг понимаю, что бессмысленно винить эльфов Эрегиона, которые тысячу лет спустя поддадутся уговорам Аннатара. Если их очаровывали так же, как нас, то ничего удивительного, что они долго не могли распознать, с кем имеют дело.

Этьянве готов расспрашивать о наших делах, готов рассказывать о своих – правда, последнее он делает весьма уклончиво. Ничего конкретного. Так, путешествую по горам, по долам, нынче здесь, завтра там... И тут раздаётся вопрос: "Так ты из эдайн или из эльфов". Очередная улыбка, очередной уклончивый ответ: "Я не из эдайн".

Ну всё, проносится мысль, тут-то тебя и заподозрят. Не адан, и, тогда уж, не эльда, а по землям Белерианда, как известно, шныряют тёмный майяр... Но линдили чисты душой, и, что бы они об Этьянвэ не думали, Саурона в нём не узнали, можно сказать, до самого конца, когда нам раскрыли глаза. Забавно было впоследствии услышать в рации: "Скажите Саурону, чтобы не совался в Оссирианд – его там попалили". Но до этого ещё далеко...

Второй гость, вернее, среднее между гостем и местным жителем – Рандир. Когда-то давно он жил в Линдоне, затем ушёл – если не ошибаюсь, после гибели своей супруги – а теперь вновь вернулся.

Тем же вечером к нам присоединяется Галадриэль, пришедшая из Восточных земель, и воссоединившаяся наконец со свои опечаленным супругом.

Но позади тяжёлый день, а завтра относительно рано вставать... Мы тихонько отправляемся спать. Мысль о мягком надувном матраце, ожидающем меня в палатке, всегда утешает в трудную минуту.


***


Линдон утром ещё прекраснее, чем днём. А у линдили только один недостаток – плохой аппетит. Я жалею, что не могу накормить их насильно, чтобы хоть как-то извести припасы, но винить не могу – у мня самой аппетит не лучше. Ничего, за обедом наверстают.

Утро плавно перетекает в позднее утро, Талион доделывает качели – теперь на них можно кататься, только, главное, не раскачиваться очень сильно. Или даже просто сильно. Но нам хватает.

Мы с супругом решаем прогуляться после всех его трудов праведных – дрова, дрова, дрова, пойти по воду, качели, снова дрова, дрова, дрова, и немного отходим в сторону. И вдруг...

Шум, крики, все куда-то бегут. И вдруг я понимаю, что на нас тоже кто-то бежит. Огромный, чёрный... Разбойник?! Зверь?! Подобрав подол, я мчусь сквозь подлесок, слыша, как нечто шумно топает сзади. Сейчас, сейчас меня поймают... Что сказать – я в такой панике, что, влетев лицом в паутину (а у меня ярко выраженная арахнофобия), не взвизгиваю, как обычно, а молча бегу дальше, даже не озаботившись смахнуть остатки паутины. Наконец останавливаюсь – кажется, меня больше не преследуют. Любопытство тут же начинает гнать меня обратно, и я тихо крадусь к нашей поляне. Кажется, опасность миновала.

Огромные и страшные, как мы тогда думали, были волками. Один из них, раненый, валяется на земле. Что с ним делать – непонятно. "Морковки!" – жалобно стонет он. И вдруг Рандир спокойно подходит к нему, наклоняется, и так же спокойно перерезает горло. Я не выдерживаю и отворачиваюсь. Разве так можно?..

Впоследствии мы узнаем, что это были не волки, а зайцы, которые всего лишь "спасались от лесного пожара" и призваны были оживить замкнутую жизнь линдили. Мда, когда некто, выше тебя на голову, выскакивает из кустов и прыгает на тебя, как тут понять, что это всего лишь зайчишка, а не страшный волк-оборотень? Но пока что мы об этом не знаем, и жалобное "Морковки!" всё ещё звучит в ушах. Но кто их, оборотней, знает...

Правда, поступок Рандира удивляет едва ли не всех. Так хладнокровно добить уже беспомощное создание?.. Странный поступок для эльфа. Жестокий.


***


К нам визитёр. Назвать "гостем" этого требовательного гнома как-то не поворачивается язык, тем более, что пришёл он по делу, и делу странному. Якобы какое-то время назад Рандир явился к супруге гнома, и купил браслет "для жены". Не заплатил, обещал сделать это позднее, и оставил расписку. Вот она.

Рандир настаивает на том, что это какое-то недоразумение, и притом жестокое – супруга его погибла много лет назад. Почерк не его, имя на расписке написано с ошибкой... Гном настаивает на своём, Рандир – на своём. Но мы пока что на его стороне – эльдар не лгут, наверное, и в самом деле произошла ошибка. Рандир снова отправляется в путь – в конце концов, можно лично явиться к супруге гнома, и пусть она скажет, тот это или не тот эльф, который заказывал ей браслет.


***


А тем временем до нас доходят вести, что в остальных землях неспокойно, что море наступает, и даже, говорят, поглощает сушу. Пожары, землетрясения.... Мы тихо радуемся, что в Линдоне пока спокойно. Но надолго ли? И кто виноват, что это происходит? А, главное, что делать? Для большинства из нас ответ очевиден – ничего. Пусть кто-то бежит с насиженных мест, если уж стихии гонят его. Но нам-то что до того? Правда, вдруг это всё рано или поздно докатится и до нас...

Рандир выдвигает идею отправиться в войско валар и, во-первых, потребовать у них ответа на вопрос – в чём причина таких катастроф, а во-вторых, снова таки потребовать остановить их.

Мы сперва смущённо молчим. Потребовать?.. У валар? Просить совета – да, но требовать? Поведение Рандира кажется всё более странным, но, в конце концов, никто и не заставляет нас следовать его настойчивым "советам". Ну а уж когда он перерезал горло зверю, мой муж мрачно сказал: "Я не последую за убийцей".


***


К нам приходит человек. Старый, немощный, с дрожащими руками, голодный и, по виду, очень несчастный. Мы кормим его, следя за тем, чтобы он не съел сразу слишком много – он и так выглядит очень больным – и даём с собой еды в дорогу. Куда идти, он и сам, одинокий и слабый, не очень-то понимает, но твёрдо намерен уйти сразу, как только появятся силы.

Он уходит, а впоследствии обнаруживается, что у него было ожерелье с фиолетовыми камнями – ожерелье, когда-то принадлежавшее Лютиэн. Но, увы, ни кто он, ни откуда, ни как к нему попало это ожерелье, мы так и не узнаём.


***


Если море идёт с запада, то бежать от него нужно на восток. Так что мы не удивляемся, когда у наших границ появляется группка людей – в основном женщины и дети. Кажется, у них осталось всего двое крепких мужчин. Их староста, тоже женщина, выступает вперёд и просит (правда, не очень-то просительным тоном), чтобы мы допустили их в свои земли. Они из Эстолада, деревни их, Верхних Мхов, больше нет, и они ищут нового убежища.

Первый же вопрос с нашей стороны: "Вы эдайн? – Да". Ну, если так, то можно разговаривать дальше. Тем более, что они, оказывается, приютили в своё время "одного из ваших, с перевязанной рукой". Келеборн!

Наши воины строго перечисляют условия, на которых мы их пустим: не причинять вреда лесу – не рубить живых деревьев, не тревожить птиц, не охотиться без нужды. Эх, надо было сразу сказать, чтобы ещё и вели себя тихо. :) Их мужчины обещают, в случае всего, тоже оборонять эти земли наравне с нами. "Мы те земли защищали, что ж, тут не будем?"

Ну, раз так, то можно и пустить. Мы быстро обсуждаем между собой, куда лучше пристроить людей – вот здесь, как раз рядом с нашей границей, есть удобные поляны. Пусть там и располагаются. Да, границы Линдона отныне перестали быть тихими. Во всех смыслах.


***


Люди оказываются безобидными, и, в общем-то, даже и небесполезными соседями – всякий, кто хочет навестить нас с какой бы то ни было целью, сперва проходит мимо них – но уж очень шумными. В очередной раз не выдержав гама (причём, заметьте, не то, чтобы они ругаются между собой – нет, просто так разговаривают, не сказать "орут"), Тинлас отправляется укорить их. "Даже птицы в лесу смолкают от вашего гама". Бесполезно.

Люди быстро обустраиваются на новом месте, даже гордо водружают табличку "Верхние мхи". Ба, да у них тут с собой даже коза... Обстоятельный народ.

Приготовив обед, мы решаем подкормить и людей – ведь у них сейчас нет возможности сварить себе что-нибудь горячее, а густого супа хватит на всех. На некоторое время воцаряется тишина. "Так вот что нужно делать с людьми, чтобы они замолчали!" – восклицает кто-то из нас. "Кормить! Тогда у них рты заняты". :)

Но, знаете, со временем к этому шуму мы даже как-то привыкли...
Tags: РИ
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 2 comments