January 18th, 2017

roses

"В точном венчальном уборе"

Нужно ехать в Рыбинск. Вот оно, сокровище местного музея. Портрет Ксении Ивановны Тишининой кисти Вишнякова. Портрет её мужа тоже прекрасен, но я хочу полюбоваться именно этим.

1755 г. Вышла замуж она три года назад, но изображены оба супруга "в точном венчальном уборе". Могу представить, как бережно хранили платье..



Прошло 250 лет, но эти часики навечно замерли на начале шестого...



Стиль Вишнякова, часы, тёмная аллея и знание того, что эта юная ("сейчас" ей девятнадцать) женщина умрёт меньше, чем через два года, трогают меня неимоверно...
roses-skull

Портрет "в голубой робе"

Ещё несколько дней, и для меня на сутки настанет XVIII век, и хотя я честно работаю над своими лекциями, так уж получилось, что сейчас они тоже по XVIII веку. Поэтому работа-и-не-работа сплелись до невозможности. Ищешь одно, находишь другое.

Вот, например, Мельников-Печерский, "Старые годы", откуда мне понадобилась некая цитата. Начинаю перечитывать, и... автоматически вычисляю время написания портрета, о котором пойдёт речь ниже. Вымышленного, литературного, но тем не менее. И так уж получается, что он должен быть... приблизительно таким, о котором я писала несколько часов назад. Потому что упоминаемый в книге молодой князь, крестник императрицы Анны Иоанновны (значит, родился между 1730 и 1740), женился девятнадцати лет от роду, а "вскоре началась Семилетняя война, молодой князь Заборовский поспешил под знамена Апраксина, оставив в Заборье молодую жену. Стосковавшись по мужу, поехала она к нему в новопокоренный Мемель, но умерла по дороге". То есть портрет жены написан около 1755 г.

Итак, вот он, портрет:

"Один портрет особенно поразил меня. В голубой робе на фижмах, с тонко и кокетливо перегнутою талией, стояла, вероятно, молодая женщина: прекрасная ее рука, плотно обтянутая длинною перчаткой, играла розою. Но лицо, все лицо было густо замазано черною краской...
- Это что значит? - спросил я у исправника.
- А господь их знает, должно быть, не похожа была.
- Однако ж что у вас про это толкуют?
- Да говорить-то много говорят... Сказывают, что это первая супруга князя Бориса Алексеевича. В замужестве, слышь, недолго находилась, а взята была откуда-то издалека. Только что молодые успели, слышь, сюда к отцу приехать, князь Борис Алексеевич на войну ушел, супруга его стосковалась, в полк к нему поехала, да на дороге и померла. А скоро после того и сам князь Алексей Юрьич помер. Говорят, будто по смерти молодой княгини очень он тосковал... Пошел, слышь, раз в портретную один да и упал без памяти перед этим портретом. А как в чувство пришел, велел замазать лицо. И как замазали, на другой же день богу душу отдал. А другие говорят, что хлебнул чего-то... С мышьячком, должно быть, потому что перед смертью он ведь под суд попал..."