April 19th, 2016

erte

Бисмарк - кака!

Из песни слов не выкинешь. Воспоминания Ворта-младшего:

Вскоре после Садовы, когда Бисмарк стал самым ненавистным человеком во Франции и никто его так не презирал, как принцесса, Ворт получил ткань нового оттенка коричневого цвета, которую ему изготовили в Лионе, и не знал, как его назвать. Он думал над этим днем и ночью, видел его во сне и на следующий день рассказал об этом мадам Меттерних. «Прошлой ночью, – сказал он, – мне снилось, что я показываю вам материал и спрашиваю, как бы вы назвали цвет. И вы, отметив, что его необычный оттенок коричневого похож на какашки, ответили: “Да назовите его Бисмарк”».

Мадам Меттерних громко рассмеялась в ответ и воскликнула своим мощным голосом: «Замечательно! Замечательно!» Его так и назвали «Бисмарк», и по всему миру эта ткань распространилась с такой надписью на этикетке, и не было ни одной женщины, достойной своего имени, которая бы не завела себе платье такого цвета, которое носила с бронзовыми туфлями, шляпой и солнечным зонтиком, поскольку это стало модным.
portrait

Очень Тяжёлый Шлейф

Последняя история от Ворта-младшего, поставлю на полку несчастную книгу, и не буду мучить её и себя. :) На этот раз - о русском придворном костюме.

"У них был еще один обычай, одновременно интересный и забавный, о котором нам рассказал один из наших русских клиентов. По-видимому, обычно в первый день нового года все придворные дамы приходили во дворец в своих самых изощренных и разукрашенных платьях – наряженные уже в восемь часов утра, представьте себе! – чтобы выразить свое уважение Их Величествам. Получалась странная процессия: каждая участница несла шлейф впереди идущей дамы, подобно тому как в цирке слон цепляется хоботом за хвост впереди идущего собрата. Это было божественное зрелище! Изысканные и часто чрезвычайно красивые женщины в своих усыпанных драгоценностями платьях, в сверкающих кокошниках, в бесценных кружевных накидках и вуалях, соединившиеся вместе четырехметровыми шлейфами, подобно выступающим в цирке слонам. Этот строй сохранялся до момента, когда они оказывались в нескольких шагах от царя и царицы, когда каждая дама исполняла глубокий реверанс. И хотя это могло выглядеть смешным, требовались сила и ловкость, потому что шлейф каждой из дам весил немало. Я припоминаю, как одна русская красавица, для которой я только что закончил придворную мантию ужасающего веса для одного из таких новогодних шествий, приподняла этот туалет и воскликнула: «Бедная мадам… – назвав имя дамы, которая всегда следовала за ней в этой процессии, – как она это будет нести!»

И говоря о парадных шлейфах, самый изощренный или, по крайней мере, самый тяжелый, когда-либо вышедший из нашей мастерской, был тот, который отец изготовил для жены русского посла в Берлине, назовем его господин Б. Подобно лорду Дадли, он был большим любителем изысканных нарядов и проявлял искренний восторг, когда видел свою жену роскошно одетой. Для него драгоценных камней на одежде или вышивки никогда не было слишком много. Его жена, принадлежавшая к одной из знатнейших русских семей и обладавшая огромным, независимо от мужа, богатством, на этот счет была полностью с ним согласна. И однажды они решили заказать такую придворную мантию, с великолепием которой не могла бы сравниться ни одна мантия в истории. Она была изготовлена по моде, принятой в правление Генриха VIII, только еще более украшенной. И это было поистине роскошное произведение, но очень тяжелое. Боже мой!

В условленное время замечательный наряд был закончен и отправлен. Наступил торжественный момент, и мадам Б. надела его. Естественно, когда она шла из экипажа или к нему, шлейф несли слуги. Но когда она благополучно доехала до дворца и ее поразительный шлейф развернулся позади нее во всей красе, дама с ужасом обнаружила, что не может сделать ни шага, ни вперед, ни назад. Даже если бы она была прикована цепью к земле, не чувствовала бы себя более беспомощной. Снова и снова бедная женщина пыталась сдвинуть шлейф, но он не шелохнулся. Она сжала зубы и снова попыталась сдвинуть его с места. Никто не осмелился засмеяться. Один или двое из гостей, лучше владевшие собой, застенчиво давали ей советы. Она сделала последнюю попытку – и потеряла сознание! Ничего не оставалось, как доставить леди домой, ее бездыханное тело в одном экипаже, а шлейф – в другом!"

PS Надеюсь, слово "бездыханный" - на совести переводчика.