Терн (Марьяна Скуратовская) (eregwen) wrote,
Терн (Марьяна Скуратовская)
eregwen

Приданое купеческой дочки

Как-то я показывала "Прием приданого в купеческой семье по росписи" Пукирева. Но 1830-е продолжают меня преследовать, так что вот отрывок из "Чёрной немочи" Михаила Петровича Погодина, в котором происходит как раз приём приданого по росписи, и именно в купеческой семье.

- Божьего-то милосердия маловато, Савишна, - говорил отец, сидевший на софе между женою и свахою и державший в руках толстую синюю тетрадь, - ведь почитай только пять образов в окладах, а порядочный один, Казанская - убрус низан жемчугом; ободки-то нечего и считать?
<...>
- Божьего милосердия Куличевы еще подбавят, Семен Авдеевич, - подхватила сваха. - Они желают, как, Бог даст, сладится дело, выменять образ во имя женихова ангела и невестина вместе и убрать каменьями. После сестры куда много осталось у них серег да колец - камни все разноцветные, как жар горят: муж упокойницы торговал этим товаром. Впрочем и то сказать: вы не так считаете. Кроме Казанской, есть Ахтырская, Николай Чудотворец в золоченом окладе; спаситель, правда, в серебряном, -" ну а четыре образа в венцах с полями? Чего же больше!
- Серьги бриллиантовые с бурмицкими подвесками, - продолжал читать Семен Авдеевич, довольный обещанным пополнением.
- Эхма, все пишете вы неаккуратно. Надо бы прибавить, во сколько крат: серьги серьгам розь. Пожалуй - насажают крупинок, а все говорят: бриллиантовые.
- Извольте взглянуть подальше: цена выставлена. По ней можете вы рассудить, каковы крупинки - в пять тысяч рублей.
- В пять тысяч рублей! А кто оценил их в такую цену?
- Помилуйте, Семен Авдеевич, ведь вы чай Куличевых знаете, - слухом земля полнится, - неужто станут они в глаза обманывать?
- Ну хорошо, хорошо. Я не люблю только, что пишете вы необстоятельно.
- Серьги бриллиантовые же, камни помельче, без подвесок, - серьги третьи, золотые, буднишние, с яхонтиками. Серьги четвертые, желудками, янтарные.
- Серег довольно.
- Гребенка бриллиантовая иностранной работы в восемь тысяч.
- Вот эта штука на порядках.
- Склаваж бриллиантовый в семь тысяч.
- Не дурно и это.
- Перстень изумрудный, осыпан бриллиантами в три ряда, один ряд покрупнее, два помельче.
- Тьфу пропасть, да бриллианты-то у них, Савишна, али дома родятся, что ли? Ну-ка, Маша, подай нам шипучего, - сказал Семен Авдеевич, развеселясь при мысли о таких сокровищах.
- Как же, - сказала молчавшая доселе Марья Петровна, отходя за вином в ближний поставец, - жито долго, без мотовства, коплено, - притом ведь дочь родную выдают, не падчерицу.
<…>
- Кольцо золотое с сердоликом. Кольцо золотое с ага... ага... агат... агатом.
- Это что за камень такой - ага... агат?
- Не умею сказать, батюшко, это вписывал золотых дел мастер. Чай должен быть камень не простый.
- Уж не с хитрости ли так написано: невесту-то ведь зовут Алафьею? - примолвила остроумная Марья Петровна.
- Колец ординарных шесть.
- Вот так лучше: гуртовой счет я люблю.
- Теперь о головных уборах.
- Ну, пошло тряпье. Это твое дело, Маша, читай.
- Эх, батюшко, ведь ты знаешь, что я на медовые деньги училась и печатное-то насилу разбираю, где же возиться мне с скорописью. Тут же такая мелочь.
- Да я ведь в этом толку не знаю, а впрочем пожалуй:
"Ток блондовой с жемчугом и панашем из царских перьев в восемьсот рублей. Платье блондовое плетеное с каймой на атласном чехле, отделанное блондами в поларшина шириною, с руладками и розетками из венецианского атласа, в тысячу пятьсот рублей".
- Эки штуки! Это подвенечное, что ли?
- Нет, батюшко, подвенечное не пишется, - подхватила тотчас Марья Петровна, желая пощеголять
своими познаниями. - Его должен припасать жених.
- Вот тебе раз! Уж хоть бы первое платье жена себе сшила, а то - припасай муж от первого и до последнего. Так я тебя, мой друг, обуваю, одеваю тридцать лет невступно. Когда мы свадьбу-то с тобою играли? - спросил он, разнежившись, милую свою половину.
- Послезавтра, на день мученика Евлампия.

Старик продолжал читать роспись о числе и качестве салопов летних и зимних, сорочек мужских и женских, о брачной постеле, о переменах на подушки, о простынях, перинах, тюфяках, полотенцах, скатертях, салфетках, комодах, зеркалах - но мы избавляем наших читателей от сих подробностей, на кои Марья Петровна обращала строгое внимание и загоняла вопросами сваху, с которой пот катился градом. Непременно надобно было объяснить ей, хорошо ли подобраны меха, ровны ли полы, пушисты ли и черны ли воротники, плотен ли атлас на зимних салопах - какова тафта на подкладке, довольно ли ваты, хорошо ли выстеганы летние - из какого полотна шиты сорочки, все ли в два полотнища - в какие наволоки всыпан пух и сколько весят перины - широка ли фалбора на наволочках - как велики одеяла, цельные или составные зеркала и проч., и проч.

Прасковье Савишне за словом ходить в карман было не нужно - и Семен Авдеевич только что подслушивал да посмеивался, дивясь опытности супруги и искусству свахи. Как одна не упускала ни одного случая, где могла заметить недостаток, так другая старалась выставить везде излишек, и прение кончилось благополучно. Впрочем, со стороны родителей истребовано было непременно, чтоб Куличевы прибавили еще два образа в серебряных ризах для полного замещения образной, салоп летний будничный, дюжину рубашек мужу и одну перемену на наволочки попараднее. Прасковья Савишна, видно уполномоченная, обещалась удовлетворить их желание.

- Приданое порядочное, - сказала в заключение жена, смотря на мужа. - Я с своей стороны согласна; как вам будет угодно, Семен Авдеевич?
- А на сколько приданого-то всего на все? - спросил купец.
- На пятьдесят тысяч.
- Денег сто тысяч. Да! какова бишь невеста собою, я и позабыл спросить.
- Ей всего тринадцать еще лет, батюшко, - беленькая, как колпик, румяненькая, - немножко толстенька, да ведь нынче стягиваются.
- Я согласен, - сказал старик. - Мы пошлем от себя нынче к Куличевым сестру Анну с предложением, а там хоть и смотр назначить завтра.
Tags: fashion - костюм в литературе
Subscribe

Posts from This Journal “fashion - костюм в литературе” Tag

  • Детектив и корсет

    Читаю детектив Татьяны Степановой "Часы, идущие назад" . Рано или поздно ты наталкиваешься на детали, имеющие отношение к твоей профессии. Вон, моя…

  • Немного Фортуни в осенних тонах

    Платья и пальто Мариано Фортуни 1920-х г. из коллекции Fashion Institute of Technology (Нью-Йорк). Слева - "дельфос", поверх которого надето вечернее…

  • Оч-чень форское

    Думаете, это Венда Роджерсон в платье от Диора на снимке Клиффорда Коффина, 1948 г.? Не совсем. :) "Из-за двойной входной двери донесся шум…

  • Шляпки: "Это самая последняя французская неглижа!"

    Поборола искушение вставить эту цитату в лекцию - уж очень длинная. Но тут всё так прекрасно, что выбрать невозможно! Тэффи, из рассказа "В…

  • Для баронессы Кордона

    Я честно собиралась найти платье для Катрионы/Екатерин Форвейн-Форсуассон-Форкосиган, но-о... Я увидела это платье от Баленсиаги из серебристого…

  • Костюм для Дендарийских гор

    Чорт. Я знаю, как соединить вместе пресловутое барраярское женское болеро, народный костюм и жительниц Дендарийских гор! :) Кептар/киптар же…

  • Для леди Элис

    Знаете, мне понравилось "одевать" литературных персонажей. Однако одно дело - когда это костюм, принадлежащий к какой-нибудь определённой эпохе, а…

  • Анжелика: охотничий костюм

    "Наряд для охоты явно нравился ей. Она дала точные указания портному, чтобы придать жемчужно-серому бархатному жакету мужской покрой, облегающий…

  • Анжелика: чёрное/зелёное платье

    Продолжаем одевать Анжелику. "На широкой кровати Анжелика увидела платье из зеленой тафты, как раз такого оттенка, как ее глаза. Необычайно тонкое…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 32 comments